Мы отдыхали, впереди было еще много времени. Слегка в опьяненном состоянии расспрашивал ее предпочтения и желания в сексе… И тут, глубоко затянувшись сигаретой, она сказала, что хотела бы чего-то очень необычного, каких-то новых ощущений. Мне пришла в голову мысль… случайно, сумбурно. Предложил Илоне стать моей рабыней, отдаться мне как пожелаю, без комментов и разговоров, принимать все то, что я захочу…
Капельки пота, проступившие на ее груди, отражали как тысячи зеркал огоньки тлеющего в камине полена. Тишину этой загадочной и поистине волшебной ночи время от времени нарушали ее пронзительные стоны, то затихающие, то вновь наполняющиеся силой.
Он, подобный изнуренному охотой льву, лежал на древнем, чудом сохранившемся ковре. Его тело словно утопало в пушистой ворсе, которая нежно ласкала его спину, вызываю мелкую и приятную щекотку, и казалось, что его мысли где-то далеко, не с ней - предметом его давних эротических и плотских мечтаний.
История эта произошла со мной как-то неожиданно. Парня этого не замечала, не воспринимала никак: ботаник, математик, очкарик, назови, как хочешь, но видок у него прямо скажу невпечетляющий.
Работали мы в одном отделе, оба юристы. Даже о работе не могла с ним говорить спокойно, т.к. он меня просто раздражал.
Однажды болтали чё-то в обед, он взял пиццу и свернул её рулетиком, чтобы есть было удобнее. Я не удержалась от смеха и ляпнула: Лёш, смотри, у тебя с конца капает! И тут я увидела Лёшу-мужчину. Он мне так улыбнулся. Ну прям и вовсе и не ботаник, и не математик, и не очкарик.
История происходила летом 98 года. Тогда стояло тёплое если не сказать жаркое лето.
Стояла 30 градусная жара. У нас была дача под Белозёрском. Это удивительное место. Песчаная почва, даже после сильного дождя всегда было сухо. Глубокие и красивые озёра были недалеко от нашей дачи. Папа работал в выходные и мы с мамой поехали одни на дачу. Соседи тоже приехали. Мне было 24.
На соседнем участке приехала дочка с отцом Ей, как она говорила, было около 20, хотя по фигуре можно было дать не более 18 лет. Стройная, невысокого роста, плотная фигурка с маленькими упругими грудками и смуглой кожей.
Сегодня ты пришёл ко мне раньше обычного и вытащил меня погулять, радуясь что погода сегодня на редкость хорошая. Ярко светило солнце и белые тучки задумчиво плыли по голубому небу. Мы шли, взявшись за руки, улыбались друг другу и намеревались после небольшой прогулки по парку зайти в гости к знакомым. Пока мы бродили по парку, рассматривая породистых собачек и строя планы на вечер, тучки начали сгущаться.
Только что голубое небо покрылось серым невзрачным налётом, а мелкие тучки объединились в большие чёрные сборища. Мы не особо обращали внимание на эти внезапные изменения, потому что были увлечены бурным обсуждением чего-то. Внезапно грянул гром. Резкий порыв ветра всколыхнул все деревья, и каждый листочек задрожал под его напором. Крупные капли воды посыпались с неба. Мы ускорили шаг в поисках убежища. Вскоре дождь из маленьких капель превратился в сплошную водную завесу. Мы, сильно промокнув, всё же успели добежать до деревянной беседки. Она была сухая с узкими скамейками по периметру, на которые мы с радостью уселись, переводя дыхание.
СЛУЧИЛОСЬ ЭТО ВЕСНОЙ
Затянувшаяся зима никак не хотела сдавать позиции - был уже конец марта, а снег почти и не таял , да и морозы стояли - дай боже. Каникулы пролетели под свист ветров и буранов, снова пришла тягомотина занятий - а в середине апреля на них обрушилась весна - навалилась сразу, обдавая жарким , южным ветром , под которым снег исчезал на глазах - не подмораживало даже ночью - в конце апреля свалилась тридцатиградусная жара - все лужайки залила яркая , свежая зелень травы - природа словно наверстывала упущенное - все цвело и распускалось , буйно тянулось к солнцу. Для нее эта весна началась тоже как-то особенно - они вдруг сразу помирились с Алешкой - это после года непримиримой ссоры - ведь не здоровались даже и смотреть то не смотрели друг на друга год целый и вдруг он пришел вечером и улыбнувшись смущенно выдавил
Бегу на утреннюю электричку, а рядом со мной притормаживает тонированная девятка, ползёт с моей скоростью и сигналит. Чего ещё надо, я на работу опаздываю, по утрам не знакомлюсь, терпеть не могу тёмных стёкол и всё такое.
Окно опускается, выглядывает рожа Вадика: куда в такую рань торопишься? На работу, отвечаю, устроилась, в Москву. Давай, предлагает, подкину.
Сажусь. Он, видите ли, на прошлой неделе машину купил, не терпится похвастаться. А мне, во-первых, по фигу его машина, а во-вторых, я почему-то думала, что у него автомобиль уже давно.
Красное свечение скрытых вокруг лампочек за гипсовыми фигурками у потолка тускло освещает комнату. На улице стемнело и нет особой важности задвигать шторы, дабы яркий солнечный свет не смог нарушить созданный комфорт для наступающей эротической любви.
- Мария, я с трудом верю нашей встрече.
- Александр, милый мой я сама с трудом верю нашей встрече. Я так была одинока. Я чувствовала, что если не увижу тебя снова то умру. Я даже молилась, просила у Бога, чтоб нашла тебя. Я мечтала, как мы снова встречаемся, держим, друг друга за руку и идем по берегу моря там в том месте в Халкидики помнишь, где мы занимались любовью. Сейчас я даже не могу поверить своему счастью быть рядом с тобой.
Я не знаю как об это написать, поделиться этим, потому что прокручивая всю ту историю снова и снова у себя в сознании, я пугаюсь самой себе. Краснею, как первоклассница и трепещу, как запуганный зверь.
Не знаю почему, но тогда мне захотелось пойти на дискотеку. Причём одной, без друзей и подруг. Хотелось оттянуться на полную, без всех, что бы не мешали и не пытались смутить мои движения и мысли. Самая популярная дискотека моего родного города всегда начинается ночью, часов в двенадцать. Но идти по улице одной и так поздно, было совсем не страшно, так как было лето, а летом на моей Родине, красивые белые ночи.
Полутемная маленькая комната, наполненная ароматом восточных курительных благовоний.
Тихая, восточная музыка. Очень спокойная, почти убаюкивающая.
Белоснежная кушетка в середине комнаты.
И загорелое, блестящее от масла тело на ней.
Она лежала, закрыв глаза и вспоминала, как сорок минут назад только вошла в турецкую баню.
Традиционное приветствие: “Мерхаба!”
Еще в купальнике, ярко-голубом, под цвет турецкого неба.
Как обернулась полотенцем, белым и пушистым, поданным ей смуглым, симпатичным и улыбчивым турком.
 |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |  |
